Меня обыскали

#1
Я проживал на съемной квартире. Сотрудники милиции в день задержания по постановлению следователя произвели в квартире обыск, изъяли мои личные вещи и документы. Во время проведения обыска я содержался в ИВС в пределах города. Однако обыск был произведен без моего участия и участия моего защитника, хотя у сотрудников милиции были все возможности доставить меня на место обыска и уведомить защитника.
Представляя на следующий день в суд обоснования о необходимости проведения обыска, следователь указал, что обыск произведен с согласия и в присутствии собственника квартиры. Однако проживающее вместе со мной в этой квартире лицо собственником не является и родственных связей со мной не имеет,соответственно не могло дать никаких пояснений по поводу изымаемых моих личных вещей и документов.
1. Как обязаны были действовать сотрудники милиции при проведении обыска? Должны ли они были установить собственника квартиры и только с его согласия проводить обыск?
2. Имел ли право я или мой защитник принимать участие в обыске? Как должны были поступить сотрудники милиции в данной ситуации?
3. Какие сведения должны быть представлены следователем в суд для обоснования обыска? Каким образом суд проверяет достоверность представленных сведений?
4. Является ли такой обыск законным? Нарушены ли при этом мои права, если да, то какие?
 
#2
Законность и соблюдение прав граждан при проведении следственных действий имеют важнейшее значение для дальнейшего судебного разбирательства. И вольная трактовка правовых норм, изложенных в УПК РФ, недопустима!
Обратившийся в газету с вопросом гражданин сообщил, что он содержался в ИВС в пределах города. Таким образом, разбирая ситуацию, исходим из того, что никаких сложностей с доставкой его к месту проведения обыска у следователя не было.
Порядок обыска регламентирован ст. 182 УПК РФ:
1) пункт 5 ст. 182 УПК РФ определяет: «До начала обыска следователь предлагает добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела…»;
2) пункт 11 ст. 182 УПК РФ указывает, что «при производстве обыска участвуют лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи»;
3) наконец, согласно п. 11 ст. 182 УПК РФ «при проведении обыска вправе присутствовать защитник, а также адвокат того лица, в помещении которого производится обыск».
Во-первых, следователь не разъяснил задержанному его право присутствовать при всех следственных действиях.
Во-вторых, действия следователя лишили гражданина законных прав, гарантированных УПК РФ, а именно права:
- участвовать при проведении обыска;
- добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, что повлияет на квалификацию его деяния;
- делать соответствующие заявления и ходатайства по ходу обыска, подлежащие занесению в протокол;
- на присутствие адвоката.
Расхожая поговорка «сколько юристов, столько и мнений» в данном случае неприменима, так как аналогичные ситуации неоднократно были предметом рассмотрения Верховного Суда РФ и нашли свое отражение в:
1) Постановлении Президиума ВС РФ № 969п-02 по делу Протасова (Обзор судебной практики ВС РФ за I квартал 2003 г. // Бюллетень ВС РФ. 2003. № 12);
2) «Обзоре кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ за 2002 г.» (Бюллетень ВС РФ. 2003. № 8);
3) Постановлении Президиума ВС РФ от 15 мая 1996 г. (Бюллетень ВС РФ. 1996 г. № 8. с. 10—11).
Перечисленными судебными решениями были признаны нарушения прав граждан, а полученные вещдоки исключались из числа доказательств, что влекло отмену или изменение приговоров.
Необходимо добавить, что полномочия Верховного Суда РФ на разъяснение судебной практики (руководящие разъяснения) судам по вопросам применения законодательства закреплены в:
ст. 126 Конституции РФ;
ст. 19 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации»;
ст. 56 Закона РСФСР от 08.07.81 «О судоустройстве РСФСР» (с изменениями и дополнениями).